главная    

Исследования истерии

Зигмунд Фрейд. Исследования истерииПервым полновесным клиническим и теоретическим вкладом Фрейда являются "Исследования истерии" (в соавторстве с Йозефом Брейером), написанные в 1895 г. "Исследования истерии" ознаменовали появление на свет динамической терапии. В этой книге представлены пять больших случаев, один - Брейера (Анны О.) и четыре Фрейда. В комментариях и дискуссионных разделах фрагментарно сообщается еще о нескольких случаях. Каждый пациент начинает терапию с интенсивно выраженными симптомами, такими как паралич, анестезии, боли, тики, нервное истощение, навязчивости, ощущения удушья, потеря вкуса и обоняния, речевая дезорганизация, амнезия и т.д. Отталкиваясь из исследования этих пяти пациентов, Фрейд и Брейер выразили этиологию истерии и разработали должную систематическую терапию.

Все пятеро в ранние годы жизни испытали серьезные эмоциональные травмы. Фрейд отмечает: обычно травма, хотя и действует дестабилизирующе, все же не имеет хронического эффекта, потому что вызванные ею эмоции не сохраняются в исходном виде: они отреагируются (в результате эффективного выражения эмоции наступает катарсис) либо прорабатываются (Фрейд утверждает, что память травмы может стать частью "огромного комплекса ассоциаций, стать рядом с другим опытом", и затем она "стирается", или корректируется, или подвергается проверке реальностью - например, когда человек справляется с обидой, размышляя в ответ о своих достижениях и достоинствах.)

Все же у тех пяти пациентов последствия травмы не исчерпали себя, но продолжали преследовать свою жертву. ("Истерик страдает от реминисценций".) Фрейд высказал предположение, что память травмы и сопутствующие эмоции были вытеснены из их сознания (это было первое употребление понятий вытеснения и бессознательного) и потому избежали нормальных процессов диссипации аффекта. Подавленный аффект, сохранивший в бессознательном свои свежесть и силу, нашел некоторый доступ в сознание через конверсию (отсюда "конверсионная истерия") в физические симптомы.

Выводы для лечения очевидны, надлежит дать пациенту возможность вспомнить травму и выразить задавленный аффект. Чтобы помочь пациентам восстановить исходное травматическое воспоминание и выразить аффект вербально и поведенчески, Фрейд и Брейер использовали гипноз и Фрейд позже свободные ассоциации.

Идеи Фрейда о возникновении и распаде аффекта, о формировании симптомов, а также размышления об основанной на этих идеях системе терапии имеют кардинальное значение и в немалой мере предвосхищают последующее развитие динамической теории и терапии. К нашей теме наиболее непосредственное отношение имеет взгляд Фрейда на источник дисфорического аффекта - на природу первичной травмы. На протяжении книги Фрейда и Брейера теория симптомов и подход к терапии не меняются, однако от первого пациента к последнему описания Фрейдом природы травмы, ответственной за симптомы, претерпевают удивительную перемену. (В своем введении он утверждает: "Тому, кто интересуется процессом развития, приведшим от катарсиса к психоанализу, я не могу дать лучшего совета, чем начать с "Исследований истерии" и затем следовать по пути, пройденному мной самим".).

В первых описанных в книге случаях травмы выглядят тривиальными. Предлагается поверить в возможность развития глубокого невротического состояния у пациента (пациентки) в результате преследования злой собакой, или удара тростью работодателем, или обнаружения им того, что горничная позволяет собаке пить из его стакана, или влюбленности в работодателя и одновременной принужденности терпеть его несправедливые упреки. По ходу книги объяснения Фрейдом способствовавших неврозу травм становятся все более изощренными. Он готов был видеть в своих пациентах жертвы архетипических обстоятельств, достойных внимания автора греческих трагедий: ненависти детей (создававших жене препятствия в том, чтобы ухаживать за умирающим мужем), инцестуозных отношений с родителем, переживания первичной сцены и радости (с сопутствующим чувством вины) от смерти сестры, мужа которой пациентка любила. Эти последние случаи из книги, а также примечания и письма Фрейда, указывают совершенно определенное направление, в котором неуклонно следовала мысль Фрейда в поисках истоков тревоги.
1) он постепенно смещал время травмы, являющейся "подлинной" причиной тревоги, все дальше к началу жизни,
2) он стал рассматривать травму как имеющую явно и исключительно сексуальный характер.